Мое знакомство с именитым жителем г. Грозного состоялось еще в 1993 году, когда, работая в Национальном архиве республики в отделе информации и публикации, я занималась сбором документов о годах восстановления бывшей ЧИАССР. Кто, как не бывший заместитель председателя Совмина ЧИАССР С.А.Атиев мог мне помочь в этом вопросе?

Помимо воспоминаний о трагических годах ссылки и не менее проблемном периоде возрождения родной республики мы с Сайд-Ахмадом говорили вообще об истории нашего края и о наших соотечественниках.

Мне вспоминается эпизод, когда Атиев, демонстрируя фотографии прошлых лет из семейного альбома, показал мне фотокарточку и спросил: «Скажи, Асет, как, по-твоему, кто этот человек?» Меня вопрос несколько озадачил, поскольку на фотографии был изображен мой бывший преподаватель в ЧИГУ, известный чеченский писатель Н.Д. Музаев.
Я, конечно, быстро угадала, хотя снимок был сделан в его молодые годы. На что Атиев чуть ли не с азартом воскликнул: «Ну, уж этого человека ты точно не назовешь!»

Но и тут я без труда угадала, что на фотоснимке в центре рядом с моим нынешним собеседником сидит не кто иной, как сын легендарного абрека Зелимхана из Харачоя - Умар-Али Зелимханов. Мой правильный ответ не только сильно удивил Сайд-Ахмада. (Я думаю, Сайд-Ахмад заподозрил, что я уже «знакома» с этими снимками, и он был прав)

По поводу этой фотографии Атиев рассказал такую историю.

В 40-ые годы Сайд-Ахмад Атиев был очень дружен с сыном Зелимхана - Умар-Али Зелимхановым. Оба, работая в правоохранительной системе, часто сталкивались с явным беззаконием в отношении представителей чеченской национальности. Фабрикуя доносы и устраивая провокации, органы НКВД зачастую задерживали безвинных людей.

В тот осенний день Атиев занимался бумагами у себя в кабинете в доме, именуемом «Абубакар ц1енош» (впоследствии - здание бывшего «чеченского» гастронома по улице Ленина). Сайд-Ахмад курировал Ачхой-Мартановскую прокуратуру. Внезапно распахнулась дверь, в кабинет быстрым шагом вошел Зелимханов. Сайд-Ахмад заметил, что товарищ его бледен и чем-то озабочен. Не успели они перекинуться приветствием, как на лестничной площадке застучали кованые сапоги, и у порога возникли три фигуры энкевэдешников с винтовками наперевес. На вопрос Атиева, что происходит, старший из ворвавшихся в помещение доложил, что только что в подъезде этого здания неизвестный в форме отбил у конвоира заключенного, оглушил солдата, а сам скрылся здесь, в здании. Возмущенный Сайд-Ахмад воскликнул: «С какой кстати вы ищете преступника в моем кабинете?» Растерянные сотрудники НКВД извинились и покинули кабинет.

Все это время Зелимханов сидел спиной к посетителям. После их ухода, с улыбкой развернувшись к Атиеву, Умар-Али признался, что виновник побега «абрека» - он Зелимханов... Атиев опешил. Умар-Али объяснил свой безрассудный поступок: ретивые чекисты для получения должности и рангов хватают безграмотных чеченцев. Стряпают на них дела, под пытками заставляют «признаться» в антисоветской, шпионской деятельности. Вот и этот очередной бедолага, которому не повезло, попал им в лапы. Увидев разбитое лицо задержанного, он не утерпел... Все произошло в доли секунды: столкнувшись на лестничной площадке с конвойным, Зелимханов рванул винтовку на себя и оглушил чекиста, всунул в руки онемевшего чеченца деньги, что у него нашлись, и шепнул: «Беги!».

Сайд-Ахмад не стал выговаривать другу: слишком хорошо они оба знали, что значит навлечь гнев НКВД, особенно, если учесть, что Атиев и Зелимханов - чеченцы. Поступок Умар-Али был не только крайне рискован, а сродни безумству.

«Самое страшное - быть невольным свидетелем произвола, не имея возможности помочь человеку, - вспоминал Сайд-Ахмад уже в 90-ые годы, - и то, что безвинные жертвы сталинского режима, чекистского «молоха» в документах по сегодняшний день значатся как бандиты. Этими сфабрикованными делами из архивов бывшего НКВД манипулируют сталинские подпевалы. А это грозит новым витком репрессий в отношении чеченского народа».

Асет Абубакарова «Вести республики» №115, 14 августа 2007 г.

abrek.org