Как абрек Зелимхан пошутил о трофее отца — живой эпизод из уст очевидца
Из уст Залхи — сестры деда Увайса Сайдулаева, родившегося в 1957 году, — до нас дошёл живой, почти кинематографический эпизод из жизни двух легендарных фигур чеченской истории: абрека Зелимхана и его отца, Гушмазука (в документах — Гушмазук Бяхоев).
Как рассказывала Залха, однажды ночью, будучи ещё ребёнком, она стала свидетельницей прихода в дом её отца — Дады, старшего сына наиба Чеберлоя Акбулата — двух гостей: Гушмазука и его сына, молодого Зелимхана. Оба были вооружены, через плечо — ружья, а в руках несли убитого тура. Гушмазук опирался на рогатину, использовавшуюся им как посох.
Дада радушно приветствовал гостей и, заметив дичь, пошутил: «О, какие вы замечательные гости! Даже угощение принесли с собой!»
Все трое сварили мясо в котле и провели ночь за задушевной беседой. Во время ужина Дада поинтересовался, кто же из них подстрелил горного козла. Гушмазук скромно промолчал — так было принято в горской культуре: не хвалиться доблестью. Но Зелимхан, желая поддержать игру, хитро произнёс:
«А кто бы застрелил? Я застрелил».
На это Гушмазук, приподняв свою рогатину — ту самую, на которую он ставил ружьё во время прицеливания, — с лёгкой иронией ответил:
«Да если б ты метко стрелял, стал бы я таскать с собой эту рогатину?»
«Да если б ты метко стрелял, стал бы я таскать с собой эту рогатину?»
Все рассмеялись: шутка отца была одновременно и признанием мастерства, и мягким упрёком сыну за ложную скромность. Позже выяснилось, что тура действительно подстрелил Гушмазук — его молчание было актом благородства, а дерзость Зелимхана — проявлением юношеского задора и остроумия.
Эта история — не просто бытовой эпизод, а отражение глубокой культуры чести, уважения к старшим и тонкого чувства юмора, характерного для горцев. Она передана из уст самой Залхи, прожившей долгую жизнь — до 107 лет. Она умерла в Казахстане и похоронена в Семипалатинске (Семей), став живым мостом между эпохами и поколениями.
0 Комментариев