Кинжал, берданка и наган
Да конь, испытанный в сраженьях -
Всё, чем богат был Зелимхан,
Влачивший жизнь свою в лишеньях.

Родные горы и леса
Ему пристанищем служили,
Благоволили небеса
И от врагов его хранили.

Аул родимый, Харачой,
Был предан сыну беззаветно,
Где соплеменников плечо
Им ощущалось повсеместно!

Абрека не прельщал комфорт,
Чеченцу нет милей свободы,
Ему противны рабство, гнёт,
Презрителен елей угоды.

Абреком, вынужденный стать,
Не по своей, судьбины волей,
Он подвязал оружьем стать,
С повстанческой, смирившись долей.

И дело вряд ли случая,
Когда терзает ум и сердце
Несправедливость жгучая
От поведенья чужеземцев.

Немало вёрст он проскакал
С боями на коне победно
И всю добычу раздавал
Всем обездоленным и бедным.

Он мстил врагам за свой народ,
За его горе и напасти,
За попирание свобод,
За произвол жестокий власти.

Стекались горцы с гор, равнин
И к Зелимхану примыкали,
И вот уже он не один -
Клинки отряда засверкали.

И вот уже на вражий стан
Отряд чеченский наступает,
А впереди всех Зелимхан
Примеры мужества являет.

Ни пушек залп, ни шквал огня
Не останавливали горцев,
Врываясь вихрем на конях,
Сметали в пыль царя питомцев.

Под шум грохочущей воды,
Укутан чёрной буркой ночи,
Абрек придумывал ходы
Отмщенья, не смыкая очи.

Вначале он предупреждал
Тиранов, что он их прикончит,
А после пулю посылал
И всаживал, куда захочет.

Он появиться даже мог
Открыто, там, где оживлённо,
Лицом к врагу спускал курок,
Законов праотцов достойно.

Он появлялся, где хотел:
Во вражьем логове ли, в банке -
И дерзким образом умел
Оставить с носом всех в охранке.

Для царской власти страшный враг,
Изобретательный и умный,
Неуязвим для пуль, атак,
Неуловимый, недоступный.

Враг для врага, но брат и друг
Для всех, для тех, кто угнетаем.
Не потому ли был вокруг
Любим и всеми почитаем?

Его истории полны
Поступков чести, благородства,
Не убивал он без вины,
И презирал он вероломство.

Как все чеченцы, Зелимхан,
Отцов обычаев носитель
И всех канонов мусульман
Безукоризненный блюститель!

Немало былей и легенд
Его фигуру окружает,
И каждый царский документ
Его геройство подтверждает.

И в том, последнем из боёв
Являл он чудеса отваги
Чем ужасал своих врагов
Все отбивая их атаки.

Он, совершая свой намаз,
По ходу отражал атаки,
Вставал из «мертвых» много раз
От супостата в полушаге.

И даже мёртвым Зелимхан
Во вражьих душах сеял страхи,
Когда от множественных ран
Лежал, убитый, он в папахе.

Простой чеченец Зелимхан,
Как настоящий мусульманин,
Всегда любил читать Коран
И был в намазах постоянен.

Его, уверен, газават
Дорожку в Рай ему устелет,
И Райский чудный аромат
Его с шахидами объемлет!

А Якубов 2026

abrek.org