Народный мститель гачаг Наби. Тюркские народы издавна хранили предания об удальцах, которые, не смирившись с несправедливостью, уходили в горы и начинали жизнь вне закона. В степи и предгорьях их называли по-разному, но суть оставалась одной: сабля и верный конь заменяли им дом, семью и защиту от жестокого мира. На Северном Кавказе их величали абреками, в казахских степях — казахами (что дало имя целому народу), а в Азербайджане, где говор звучал тверже, закрепилось слово «гачаг» — беглец. Самым ярким и легендарным среди этих народных мстителей стал человек по имени Наби, чья жизнь превратилась в эпос.

Сын крестьянина, полюбивший дочь муллы. Родился Наби в 1854 году в простой крестьянской семье, рано потерял мать и с детства впрягся в плуг, помогая престарелому отцу и младшим братьям с сестрами. Казалось, его удел — до конца дней гнуть спину на чужой земле. Но судьба распорядилась иначе. Сердце парня зажглось любовью к Хаджар, девушке из состоятельной и знатной семьи местного муллы. Само имя Хаджар выдавало ее происхождение из тюркского племени каджаров, чьи вожди когда-то основали шахскую династию Ирана. Мезальянс был вопиющим, однако Наби сумел покорить возлюбленную не богатством, а силой духа.

Гачаг Наби берет в руки оружие. Толчком к кровавому пути стал произвол местного бека. Помещик отбирал у крестьян последние наделы, превращая свободных людей в батраков. Когда приспешники бека напали на его отца, двадцатипятилетний Наби, привыкший к плугу, а не к сабле, ответил ударом на удар. Его несколько раз хватали, и каждый раз он совершал дерзкие побеги. Слухи о несправедливо обиженном, который дал отпор, собрали вокруг него отряд таких же обездоленных крестьян. С этим отрядом он объявил войну всем: царским чиновникам, местным ханам и богатым муллам, которые, по его мнению, торговали верой за звонкую монету.

Гроза Елизаветпольской губернии. Двадцать лет гремела слава гачага Наби в горах юго-западного Азербайджана. Его отряд нападал на обозы, громил усадьбы феодалов, а добычу раздавал беднякам, причем не только своим, но и соседям через Аракс — крестьянам Иранского Азербайджана. Простой народ отвечал ему преданной любовью, укрывая от преследователей. Ни казачьи сотни, ни регулярные полки Российской империи, ни ополчения местных беков не могли изловить партизана. Прижатый к стенке, он уходил в Турцию или в Персиду, чтобы через время снова появиться там, где его не ждали.

Плен жены и кровавая плата за свободу. Цена вольной жизни была страшной. В бою пал его брат Мехди. Однажды царские солдаты пленили его жену Хаджар и невестку, которые, как настоящие спутницы гачагов, делили с мужчинами все тяготы скитаний. Но Наби не был бы собой, если бы смирился. Он окружил селение, где стоял на постое русский отряд, и полковнику, чтобы избежать резни, пришлось вернуть женщин. К началу 1890-х годов размах движения стал угрожающим, охватив несколько уездов. Власти спешно разоружали население и наделяли начальников чрезвычайными полномочиями, но всё было тщетно.

Предательство купца и гибель героя. Стало очевидно: гачага можно одолеть только хитростью и руками самих азербайджанцев. Назначение на ключевые посты местных дворян не помогло — те либо боялись Наби, либо тайно сочувствовали ему. Тогда создали специальный летучий отряд, который день за днем собирал информацию. Когда выяснили, что Наби с отрядом укрылся в Южном (Иранском) Азербайджане, нашли способ добраться до него. Российские власти подкупили персидского купца, и тот нанял людей для расправы. В 1896 году сердце народного мстителя перестало биться. Его старший сын попытался продолжить дело отца, но прежнего размаха движение уже не обрело. Хаджар вернулась в родные края и доживала век с дальним родственником, храня память о том, кто двадцать лет бросал вызов империи.

abrek.org