Главная > Публицистика > Критический взгляд на публикацию обозревателя "Власти" Евгения Жирнова

Критический взгляд на публикацию обозревателя "Власти" Евгения Жирнова


Сегодня, 10:11. Разместил: abrek
mr_ulado (mr-ulado.livejournal.com) August 29th, 2011 пишет:

Прочитал статью обозревателя "Власти" Евгения Жирнова  (www.voinenet.ru/index.php?aid=7720. ) Трудно назвать ее сколько-нибудь серьезным историческим (или аналитическим?) материалом. Из источников упоминаются воспоминания поручика Кибирова, ссылок нет, возможно он сам рассказал о своих "подвигах" Жирнову и "служивший в Грозном полковник В.Козачковский".

Господин Жирнов не конкретизирует, но видимо вторую часть своих познаний о Зелимхане Гушмазукаеве (а не Гушмазакове) он почерпнул из книги В.Казачковского "Разбои на Кавказе" изданной во Владикавказе в 1913 г. Даже в этой книге, приводятся факты неоднозначно характеризующие Зелимхана, но их г-н Жирнов деликатно не упоминает. Зато в деле поливания грязью оба: и полковник, и журналист (не смотря на разделяющие их десятилетия) действуют очень слаженно: "Зелимханы в Чечне были всегда - это пережиток старой страсти туземцев к набегам" - пишет полковник;
"Зная о говорливости чеченских женщин (выделено мной - mr_U.), поручик надеялся получить от жен Зелимхана как можно больше информации о его привычках и характере" - вторит журналист. Непонятно, почему "жен", ведь у Зелимхана была одна жена, звали ее Бици. Ну да ладно, интересно почитать что-же удалось узнать от "говорливых чеченских женщин"?

" Ожидания Кибирова оправдались в полной мере. Так что выудить сведения о Зелимхане не составило особого труда", многообещающе начинает г-н Жирнов, "Но о том, где находится абрек и чем он занимается, они если и знали, то не говорили". Но позвольте, а как же оправданные ожидания поручика Кибирова, и какие сведения он из них все-же выудил? Дату рождения? Кличку коня? Коды доступа к главному компьютеру Зеона?

Еще интересней описана встреча абрека с поручиком "Встреча оказалась недолгой и нетеплой. Но поручик запомнил номер винтовки Зелимхана, с которой тот, по слухам, не расставался, - 22875". Возможно я чего-то недопонял, но если Зелимхан не расставался с винтовкой, как поручику удалось разглядеть на ней номер? Возможно, господин Жирнов думает, что он пишется фосфоресцирующей краской на прикладе, или стволе, или... да мало ли частей у винтовки, на которых можно намалевать заветный номер. А вот что пишет про это Н.П. Гриценко*, ссылаясь на ЦГА Северной Осетии:

"Агенты Кибирова связались с Зелимханом, подарили винтовку (выделено мной - mr_U.), давали патроны...".  Теперь, становится ясно, что поручик знал номер винтовки задолго до волнующей встречи. И так почти по всем эпизодам, вернее, даже, по трактовке этих эпизодов господами Казачковским-Кибировым-Жирновым.
* Н.П.Гриценко: «Классовая и антиколониальная борьба крестьян Чечено-Ингушетии на рубеже XIX-XX веков».

Несколько реальных фактов, рассказывающих о жизни Зелимхана и обстановке в Чечне и Ингушетии, в начале ХХ века:

  • 23 октября 1905 – Убийство казаками и черносотенцами 17 чеченцев на грозненском базаре.
  • 30 октября 1905 – Зелимхан Гушмазукаев, в отместку за убийство чеченцев на грозненском базаре, остановил пассажирский поезд у ст.Кади-Юрт, снял с него и расстрелял 17 офицеров и казаков – ровно столько, сколько было убито чеченцев.
  • Апрель 1906 - Абрек Зелимхан Харачоевский, в ответ на репрессии против своей семьи, убил старшего помощника начальника Грозненского округа подполковника Добровольского.
В известном письме, посланном 15 января 1909 года на имя председателя Госдумы Хомякова, абрек писал: «За то, что он заставил сделаться абреком моего отца и брата, обругал меня скверными словами Добровольский поплатился жизнью». Убийства чиновника такого ранга в Чечне еще не случалось, в ответ власти арестовали жену Зелимхана и его брата Хасана.

  • Октябрь 1906 – Начальник 5-го участка Веденского округа Владиславский попытался вооруженной силой усмирить крестьян селения Макажой и был забросан камнями. Через несколько дней в селении Шаро-Аргун, ночью, кто-то выстрелил в закрытое ставней окно дома, где жил Владиславский. Он был тяжело ранен и навсегда покинул Веденский округ. Для того, чтобы сломить сопротивление, в мятежные селения Веденского округа направили батальон пехоты, две сотни казаков и горную артиллерию. Во многих селениях сопротивление было подавлено. Только крестьяне аулов Нижелой, Нихалой, Кой и Макажой по прежнему не подчинялись властям.
  • Лето 1907 – По распоряжению начальника Веденского округа Галаева многих горцев выслали за пределы Кавказа. Галаев, по словам Зелимхана, «сразу выслал из Веденского округа 500 человек якобы за воровство, которые вернулись в качестве абреков и наводнили весь Веденский округ… Я ему предлагал письменно оставить всех этих ни в чем не повинных лиц в покое, а преследовать меня всеми способами, какие он может изобрести: полицией, подкупом, отравлением, чем только он хочет».
  • Август 1907 – Жители селения Кескем (Ингушетия) избили старшину. Для наказания была отправлена команда на постой за счет жителей селения. В виде штрафа кескемские крестьяне должны были отдать 30 винтовок и 2500 патронов или уплатить деньгами по 50 рублей за винтовку и по 1 рублю за патрон. Для наказания горцев в селения Кантышево и Сагопши также были введены войска.
  • Июнь 1908 – Зелимхан убил начальника Веденского округа полковника Галаева, который активно участвовал в преследовании родственников Зелимхана и его односельчан. Зелимхан неоднократно просил Галаева прекратить репрессии против ни в чем не повинных крестьян и предупреждал его. За смерть Галаева были наказаны все крестьяне Веденского округа. Их силой заставили собрать «капитал» в 16 426 рублей, из которых убивший или поймавший Зелимхана Гушмазукаева должен был получить 8 000 рублей, за поимку Солтамурада Гушмазукаева обещали выдать 3 000 рублей, а за их отца – 1 500 рублей. Доносчик, указавший место пребывания абреков, должен был получить 1 000 рублей.
  • Август 1908 – Зелимхан потребовал от нового начальника Веденского округа подполковника Каралова прекратить гонения на народ, возвратить сосланных, «угрожая в противном случае поднять тревогу и собрать в короткий срок большую группу настоящих, достойных мужчин» для продолжения борьбы. Зелимхан предупреждал нового начальника, что если он не выполнит его требований, то также будет убит.
  • Сентябрь 1908 – Зелимхан, одетый в офицерскую форму, в сопровождении 15 всадников, приехал на хутор крупного «овцевода-тавричанина» Месяцева. Они вызвали из дома Месяцева, посадили на коня и уехали с ним. «Пленение это характерно тем, что когда воинский отряд, посланный из Хасав-Юрта в погоню, напал на след Зелимхана и почти уже настигал его, то население во главе со старшиной вышло из селения и направило отряд в совершенно противоположную сторону и тем дало возможность Зелимхану скрыться». Однако, на Качкалыкском хребте, абреков настигли жители Беноя, в стычке с которыми были убиты отец Зелимхана Гушмазуко Бехоев и брат Солтамурад. Позднее, за Месяцева был заплачен выкуп – 18 000 рублей. Деньги полученные при таких набегах, Зелимхан «раздавал крестьянской бедноте и семьям сосланных в Сибирь или в Северные регионы России». Это подтверждал и сам Зелимхан: «Хозяйства как сосланных, так и заключенных совершенно разорились, жены и дети их живут подаянием добрых людей, да тем, что я иногда уделяю им из своего добра после удачного набега». Царские агенты также подтверждали, что Зелимхан не обогащается, а раздает деньги беднякам. Даже родственникам из добычи Зелимхана ничего не доставалось.
  • Март 1909 – Многочисленные группы, созданные для борьбы с абреками, объединены в общий отряд под командованием полковника Вербицкого. «Он не раз похвалялся, что Зелимхан уже в его руках. Но тот по прежнему был неуловим. Сам Вербицкий в отместку за свои неудачи внезапно напал на гудермесский базар, где убил 3 и ранил 10 горцев. Позже он дотла разорил ингушское селение Цорх за то, что крестьяне укрывали Зелимхана».
  • Январь 1910 – Зелимхан напал на станцию Грозный, взял из кассы 18 000 рублей и скрылся без потерь. На рассвете 22 января, группа всадников 12-15 человек, во главе с Зелимханом, «недалеко от казачьего поста у Бамутского ущелья повстречала урядника станицы Ассинской Маслевцева, нескольких казаков и крестьянина Кулешова. Два горца, остановив лошадей завели разговор со станичниками. Один из них сказал: «Бог на помощь, не бойтесь, Зелимхан бедных людей не трогает». Сказавший эти слова указал на Зелимхана. Последний достал из кармана серебряный рубль и передал Кулешову со словами: «Помните, что Зелимхан дает на память». Сказав это, всадники быстро поскакали за остальными вверх по ущелью».
  • Апрель 1910  – Зелимхан Гушмазукаев, с отрядом, состоящим, по разным данным, от 30 до 60 человек, «среди белого дня» занял Кизлярское казначейство, взял там 5 000 рублей и скрылся. Сделано это было в отместку полковнику Вербицкому за расстрел чеченцев на гудермесском базаре и за разорение ингушского селения Цорх. Зелимхан хотел убить Вербицкого, но его отговорили и тогда он решил ограбить Кизлярское казначейство, а заодно «осрамить Вебицкого». Готовясь к походу на Кизляр, Зелимхан создал два отряда – один в селении Новые Атаги, под руководством Аюба Томаева, а второй, в Назрановском округе, во главе со знаменитым ингушским абреком Саламбеком Гороводжиевым. При нападении на казначейство, в отряде находился терский казак Орлов, бежавший из станицы к ингушам, где принял ислам и женился на горянке. О том, что Зелимхан готовится напасть на казначейство Вербицкий узнал еше за 6 дней до нападения. Начальник Грозненского округа Стрижов также позвонил Вербицкому, но тот ответил, что меры приняты. После ограбления, Вербицкий и участковый начальник Абдул-Кадыров были отданы под суд.
  • Июль 1910 – Воинская команда состоявшая из русских солдат и чеченских милиционеров, отправилась в горы и в районе селений Аккинское, Ялхорой, Межер-Юрт и Галанчож захватила скот и лошадей, якобы краденых. Между крестьянами и командой произошла драка, в результате которой были убиты крестьянин и солдат, а также ранены начальник 2-го Итум-Калинского участка корнет Смирнов и командир разведчиков Ширванского полка поручик Константинов. Во Время драки чеченские милиционеры покинули строй, ссылаясь на то, что их лошади «понесли».
  • Октябрь 1910 – Сотни солдат и казаков, под командованием начальника Назрановского округа князя Андронникова, направлены в горы на поиски Зелимхана Гушмазукаева, но абрека не нашли. При отходе, в Ассиновском ущелье, ингушский абрек Поско убил князя Андронникова и тяжело ранил ротмистра Донагуева. «Все три экспедиции бывшие в Ассинском ущелье в разных его частях в 1909 и 1910 годах, закончились для нас неуспешно». Неудавшаяся экспедиция, в очередной раз, привела к усилению репрессий. Была арестована семья Зелимхана (жена и четверо малолетних детей) и отправлена во Владикавказскую тюрьму, а потом в сибирскую ссылку. Чечня и Ингушетия были наводнены войсками.
  • Осень 1910 – Восстали жители ингушского селения Сагопши. Восстание было жестоко подавлено. Вскоре восстали крестьяне двух больших хуторов Нельха и Коки, находившихся недалеко от селения Галашки. По приказанию главнокомандующего Кавказским военным округом эти селения были уничтожены, а жители в мае 1911 годы сосланы в Сибирь.
  • Октябрь 1911 – Властям стало известно, что Зелимхан должен ночевать в двух верстах от Грозного, у родственника в Старосунженском ауле. В ночь на 29 октября аул был окружен отрядом под командованием полковника Моргания, состоящим из трех рот Дагестанского полка, двух сотен казаков и 16 всадников-дагестанцев. Была оцеплена и сакля Адуевых в которой скрывался Зелимхан. Убив поручика Епифанова, которому было поручено оцепление самой сакли, и солдата, Зелимхан бросился с крутого обрыва в реку Сунжу и скрылся. Узнав об этом, наместник Кавказа распорядился назначить правительственных старшин в большие чеченские селения, уничтожить хуторские поселения, поставить в Грозненском и Веденском округах войска на экзекуцию, на содержание которых собрать с населения 100 000 рублей. Кроме того, было приказано выслать за пределы Кавказа 7 шейхов и взорвать несколько домов в Старосунженском ауле.
  • Ноябрь 1911 – Компания офицеров, во главе с ротмистром Донагуевым, сопровождала дам, ехавших на линейках из Шали в Махкеты. Им встретился старик-чеченец. Даже не спросив кто он, его убили. Свидетели потом показали, что «вся компания штаб-ротмистра была навеселе и приставала к встретившимся чеченцам с требованием указать местонахождение абрека Зелимхана, угрожая побоями».
  • Декабрь 1911 – Командиру пластунской роты, расположенной в Харачое, стало известно, что Зелимхан живет в пещере в трех верстах от селения. По экстренному вызову, из Ведено прибыли войска с пулеметами и артиллерией. Пещера, расположенная на крутом скате, в 100-150 шагах от дна ущелья, была почти неприступной. На следующий день войска окружили пещеру и начали ее обстреливать. Потеряв 2 человек убитыми и 3 раненными, командир отряда полковник Моргания послал к Зелимхану чеченца, обещая при сдаче освободить из тюрьмы всех его родственников. «Пусть явится ко мне тот, кому я нужен, и покажет мне бумагу от самого царя, что все штрафы, наложенные на невинных людей, будут сняты и, кроме того, будут освобождены из ссылки все задержанные из-за меня» – ответил Зелимхан». 23 декабря перестрелка продолжилась. Более 400 солдат, казаков и офицеров палили из винтовок и пулеметов. Из пещеры в последний раз выстрелили в 6 часов утра. Когда снова послали чеченца в пещеру для переговоров, он никого там не нашел. По поводу исчезновения Зелимхана существует много версий. Более вероятной является следующая: на рассвете, когда стихла стрельба, «из пещеры внезапно вылетел закутанный в башлык и обвешанный кругом бряцающим оружием чеченец и стремглав бросился под кручу…На всех постах в отряде поднялась суматоха. Крик, шум, выстрелы… В результате же оказалось, что бесстрашно ринувшийся в бездну закутанный абрек была кукла, сделанная Зелимханом из бурки, самовара внутри и других побрякушек. Все бросились ловить куклу, а Зелимхан в это время скрылся».
  • 10 октября 1913 – Каратели Дагестанского конного полка под командованием поручика Кибирова на хуторе близ Шали окружили дом, где находился больной Зелимхан Гушмазукаев. Зелимхан отстреливался, тяжело ранил Кибирова, юнкера Закароя Дебекова, всадников Абаза Магомедова и Закароя Абдулатисова, но был убит. «При нем оказалась трехлинейная винтовка, браунинг, кинжал в серебряной оправе, два полных патронташа, бинокль, три письма на арабском языке и молитвенник. Так закончил свой жизненный путь человек, которого многие годы ловили, преследовали, но который своей непоколебимой волей, храбростью, хитростью и умением все время водил противника вокруг пальца, мстил и убивал тех, кто приносил горе народу. Его тело перевезли в Шали и похоронили на кладбище».
Еще несколько цитат:

Г.К. Орджоникидзе: «Положение горцев до революции было самое ужасное», они «находились почти вне закона», их «считали только разбойниками, за убитого горца не привлекали к ответственности», а за самое малейшее проявление протеста «целый аул подвергался экзекуции».

А. Шерипов: «В борьбе с произволом царской администрации на Кавказе многие сильные личности из чеченцев становились на нелегальное положение и превращались в абреков. Власти их жестоко преследовали и для успешности борьбы с вредным элементов ввели систему круговой поруки. От этого возмутительного акта страдали уже лица, имевшие несчастье быть родными или даже просто односельчанами «преступника». Это создавало новые кадры озлобленных людей, решившихся на все… И вот началась месть начальству: абреки убивали административных лиц, грабили почту, казначейства и  др. правительственные учреждения, а власть еще пуще налегала на местное население: штрафы, экзекуции, высылка в Сибирь, виселица и т.д. Власть терроризировала мирное население, абреки терроризировали власть».

А.Ф. Носов: «Нужно отметить, что понимание чеченцами движения абречества вырастало на почве непримиримых антиколонизаторских настроений. Абречество надо рассматривать как особую форму политического протеста против колониального режима самодержавия».

Д.З. Коренев: «Абречество на Тереке получило огромный размах. Только в 1910 году, когда были мобилизованы большие силы на захват и уничтожение знаменитого абрека Зелимхана, в Терской области было совершено 3650 вооруженных нападений и грабежей. Нельзя, конечно, идеализировать горское абречество. Но одно во всяком случае несомненно: во многих своих проявлениях абречество имело политическую основу и было связано с широкими массами. Только этим можно объяснить неуловимость легендарного Зелимхана – «наместника гор», в течение двенадцати лет державшего в страхе и трепете все местное начальство».

Н.П. Гриценко: «До кавказской войны чеченцы и ингуши занимали плодородные земли предгорья и плоскости. За 10-15 лет до окончания войны на месте селений горцев стали возникать казачьи станицы по рекам Сунже и Ассе. В 1845 году на горской земле создаются Троицкая, Слепцовская, а через год Михайловская станицы. В дальнейшем, на месте селений Гаджирен-Юрт, Магомет-Хите, Ах-Борзе, Аки-Юрт, Ангушт, Ильдир-Гала, Алхасте и других появляются станицы Ассинская, Вознесенская, Сунженская, Тарская, Карабулакская. В 50-60-х годах возникают новые станицы – Ермоловская, Грозненская, Самашкинская, Петропавловская, Закан-Юртовская и другие. С появлением новых станиц, горцы утрачивали свои лучшие земли. Только на Сунженской линии они лишились 262 964 десятин плоскостной земли. И в дальнейшем землепользование горцев все время сокращалось. Их земли раздавали русским генералам и офицерам, в меньшей мере – местной знати».

«Терские ведомости» 1910г.: «Урожай со всей земли, принадлежавшей горным ингушам, может прокормить население в течение 70 дней, а скот также может быть обеспечен кормом всего на 20 зимних дней».
Вернуться назад